Прорывист

Про членов семьи изменников родины (ЧСИР) #история #СССР В СССР существовала практика изоляции семей высокопоставленных изменников и заговорщиков. Осуществлялась в разных формах - от ареста и срока при реальном соучастии до высылки и наблюдения при неучастии и непричастности. Также имела место параллельно общественная активность по стигматизации ЧСИР в обществе - то есть, увольнения с руководящей работы (а часто и с работы вообще), исключение из общественных организаций, недопуск к конкурсам в ВУЗы, и т.д. Сразу оговорюсь, что последнее, к сожалению, было низовой инициативой, и, учитывая низкое качество сознания общества, осуществлялось с соответствующими перегибами и эксцессами, в том числе с дурацким усердием, про которое народ и сочинил поговорку "заставь дурака богу молиться он и лоб разобьёт", в том числе с прямым нарушением законодательства и указаний партии. Учитывая, что такие кампании охотно подхватывали и враги Советской власти, и просто мерзавцы и мещане, то этот факт, пожалуй, скорей, репутации Советской власти нанес урон. Целое поколение "свободолюбцев" спекулировало на моральных страданиях "детей Арбата", которых в школе обзывала примерно такая же глупая, как они сами, школота. Практика изоляции ЧСИР, казалось, напрямую противоречит принципу, сформулированному в советском праве и многократно подтвержденной и Сталиным, и его окружением: "сын за отца не отвечает". Однако принцип этот правилен ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ФОРМАЛЬНО-ЮРИДИЧЕСКИ. А с политической точки зрения это уже совсем не так. Дело в том, что в классовом обществе семья в силу исключительной экономической роли для основной массы людей фетишизируется. Высшие классы ценят семью как источник социального статуса, а низшие - как именно ту "ячейку коммунизма", которая помогает выжить и пережить эксплуататорский гнет. Соответственно, господствует БЕЗУСЛОВНАЯ позитивная оценка семейных связей. В ситуации, когда классовая борьба, тем более в своем высшем выражении, доходит до гражданской, с сопутствующими репрессиями, семья автоматически занимает в ней политическую позицию, вне зависимости от реальной доли деятельного участия. Самим фактом существования в силу крепости семейных связей. В ситуации острой борьбы каждый шаг жены врага народа был фактически тем или иным актом вредительства. Ходит, рассказывает, что муж невиновен, это советская юстиция плоха - агитация. Поддерживает мужа в тюрьме - пособничество. Молчит, просто на работу ходит - неясно, что там в башке, нужно эту работу перепроверять, не было бы вредительства из мести. Борьба, и классовая в том числе, часто загоняет в ситуации цугцванга, это просто свойство борьбы, и можно субъективно хотеть что угодно, но делать все равно хуже для всех. В аналогичной ситуации эксплуататорские формации практиковали физическое вырезание семей до какого-то колена. Потому что кровников за спиной оставлять попросту опасно. Но революция, во-первых, отрекалась от эксплуататорских практик, а во-вторых, испытывала острую нужду в кадрах. А большинство взрослых ЧСИР были достаточно образованы, да и дети их, воспитываясь в более образованной среде, статистически гораздо проще осваивали науки и искусства, чем крестьянские дети, которых учить надо было больше и дольше. Большой расточительностью, да и в целом социальным вредом были бы такие акции. В условиях СССР это решали изоляцией, да и то выполнялось все исключительно грубо, топорно, система имела кучу дырок, в которые неизбежно после смерти Сталина пролезли дети, племянники, внуки репрессированных с глубоким несогласием с политикой партии. Хрущёвская "оттепель" дестигматизировала их и даже героизировала и дала им ореол "страдальцев". А дальше Верховный Совет горбачевских времён был битком набит всякими алкснисами и выходцами из раскулаченных. Советской власти "злом отплатили за предобрейшее". ЧСИР не выселялись в голове поле, как это делали английские джентри при огораживаниях, а были обеспечены на общих основаниях работой (пусть и не на тех должностях, чем ранее), жильем, дети ходили в школу, получали среднее и высшее, занимали после этого руководящие и технические должности, наукой занимались, рос их социальный статус и достаток. Но, как говорится, "услуга оказанная ничего не стоит". Совсем не стоит надеяться, что из семей предпринимателей, чиновников, антикоммунистов будут получаться искренние строители коммунизма. История нам показала, что пока классовая борьба существует, только небольшая часть из этой категории перейдет на нашу сторону искренне. Остальные будут боготворить папашу-ворюгу, мечтать о реституции и восстановления социального статуса, банально мстить. Поэтому важно не только репрессировать отдельных людей, но и разрушать комплекс социальных связей, чтобы на место каждого убитого волка не получать стаю волчат в овечьей шкуре. А семья достаточно тяжело разрушается, и не факт, что не придется распространять некоторую систему формальных запретов - например, на занятие руководящих должностей или поступление в ряд ВУЗов. Как любой формальный запрет, он и несправедлив, а часто и неразумен в частном, но при этом способен количественно снизить инфильтрацию управления экономикой и обществом враждебным элементом. Мы усвоили урок - из яиц кобры вылупляются только злые кобры. Мы учтем это, когда придем к власти. Иван Шевцов https://max.ru/prorivists/AZ2cbUUHe9Q

По просьбам читателей, и в связи со случаями недоступности интернета мы добавили в раздел "Архив" на сайте ПРОРЫВа RAR-архив всех номеров журнала за 2002-2026 годы.

О потенциальных кадрах #пнц Если задача «Прорыва» ставится так, чтобы потенциальные кандидаты (категория 8) через годы добросовестного самообразования стали достойными членами авангарда рабочего класса, то целью этой статьи является начало разговора о том, как эффективнее подвинуть к категории 8 остальные семь и как помочь им преодолеть три вышеназванных барьера. Для наглядности рассмотрим несколько персонажей из проиллюстрированных категорий. Категория 8: готовый кандидат, взращивающий свою компетентность. Категория 3: самый классический мещанин — в голове картинка из СМИ, полагается на бытовой «рассудок», или т.н. «умение мыслить», приспосабливается к господствующим условиям среды, то есть социально мимикрирует. При избавлении от ряда капиталистических иллюзий легко перековывается в сознательного вредителя из категории 1. Категория 4: например, священник, мелкий предприниматель или представитель национального общественного движения, совершенно искренне и самоотверженно отдающий всего себя на некоторое благое дело, ту же войну с империализмом. Категория 6: тут можно привести два примера. Вот небезызвестный И. Стрелков. Да, лавры Корнилова где-то не дают ему покоя; да, дальше внешней (пусть и верной) оценки явлений по форме он никак не может проникнуть в их сущность. Но кто может сказать, что такой человек не способен к образованию, и кто может усомниться в том, что он сегодня же готов положить жизнь за свои пусть искажённые, но, несомненно, направленные не на себя, а на всё русское в его понимании общество идеалы? Или В. Грубник, прошедший антимайданное одесское подполье, преданное властями РФ; выдержавший годы в СБУ-гестапо; вернувшийся после обмена в строй как организатор и главный двигатель гуманитарно-волонтёрского движения с начала СВО; прекрасно понимающий беспомощность нынешнего правящего режима; предлагающий в качестве глобального решения… самоорганизацию сознательных русских людей в стиле народного ополчения времён Смуты. Можно сказать, что чем высокоинтеллектуальнее человек, тем сложнее преодолевать барьер его иллюзий. А ведь именно «таким ребятам надо раскрывать классовое содержание государства, показывая, что на одной стороне горстка „эффективных“ приватизаторов разграбивших СССР, а с другой — трудящиеся массы, доведённые рынком до состояния устойчивого вымирания». Категория 5: этакий профессор Преображенский, но давайте уберём лишнюю гротескность для проникновения в сущность. Такой человек может иметь высокий уровень интеллекта, может ударно трудиться всю жизнь, не быть гедонистом, уметь управлять коллективами, уметь искренне заботиться о целой группе людей (от семьи и друзей до группы по, например, волонтёрским интересам) и иметь достойные результаты в практической деятельности (научной, предпринимательской, профессиональной и пр.). Наблюдая окружающее неравенство, естественным образом приспосабливается к этому риску через постоянное накопление «финансовой подушки». Она, во-первых, даёт иллюзию контроля, иллюзию того, что надвигающейся катастрофы можно избежать, во-вторых, всё-таки провоцирует потребительство, а в-третьих, подталкивает к сотрудничеству с олигархией самого похабного разлива ради собственного благополучия. Перспективу, где общество развивается планово, считает идеалистической утопией, так как такое устройство требует отказаться от всего своего предыдущего опыта (барьер животного атавизма не позволяет мыслить категориями необходимости в масштабах всеобщего!), в первую очередь от финансовой подушки, чем подвергнуть себя риску. Исходя из этого наш «профессор» объявляет текущий ход вещей «естественным», а все кризисы — несущественными в исторической перспективе, так как человечество вопреки им продолжает расти. Количественный фактор тут определяет его мышление, а качество жизни этих миллионов несущественно. Смерти миллионов в войнах и угроза лично семье из-за разгорающихся рядом войн воспринимается с фатализмом как естественная несправедливость в рамках общего исторического процесса. Фатализм подавляет способность к борьбе. Он объявляет революционеров фанатиками, тем более что их подвижничество конфликтует с личной привычкой перераспределять часть общественных благ в свою сторону. Резюмировать мировоззрение нашего «профессора» можно так: «Я работаю продуктивно и усердно. Я получаю заслуженное вознаграждение, и бросать это ради, может быть, и понятных, но, по моему мнению, непроверенных коммунистических идей — этим пусть занимаются пассионарии; а если война всё-таки нагрянет и затронет нас — значит, это судьба такая, на масштабах человечества, судя по его количественному росту, это не скажется». Несложно представить реакцию представителей разных категорий на то, как рыночная экономика с её разрастающимся кризисом нарушает их спокойствие. Во-первых, «в меру политизации сознания большинства граждан, роста их социальной, в т.ч. и митинговой, активности формируются предпосылки к очередным крупным общественным изменениям. Т.е. происходит постепенное, стихийное сближение содержания фундаментальной теории общественного развития и массового сознания». Во-вторых, работа марксистов-агитаторов выталкивает людей к самому начальному, поверхностному пониманию того, что их мировоззрение в чём-то ущербно и это необходимо исправить. В этом смысле агитационная работа — это огромный шаг к тому, чтобы люди из любой категории начали двигаться к марксизму. Однако этого недостаточно, ведь только кандидаты из категории 8 способны правильно реагировать и самообразовываться. Остальные поступят другим образом. Представители категории 1 начнут защищать привычный мещанский миропорядок и не преодолеют барьер животных атавизмов. Представители категории 2 не преодолеют барьер сложности и бросят чтения вскоре после начала. Представители категорий 3 и даже 5 начнут читать и тоже бросят, но уже из-за барьера иллюзии. Например, будут держаться за религиозную картину мира или за антисоветские мифы, вдолбленные с детства, и даже идущая вокруг война не сможет заглушить «ужасы» позднесоветской эпохи, вроде очередей за туалетной бумагой. И несмотря на интеллект, многие представители категории 6 также не могут сопротивляться изменению привычного иллюзорного миропорядка. Можем ли мы просто забыть этих людей и отбросить с ними разговор? Не можем! Но нам необходим рост кадрового костяка, то есть значительное количество людей, занимающихся самообразованием, — массовая категория 8. Создать и приумножить такую почву — вот как автор видит одну из текущих задач авангарда. Работать с разными категориями придётся по-разному: представителей категории 1 и 3 — насильно обучать и приобщать к практике, но в перспективе; с представителями категории 7 — сражаться, а представителям оставшихся категорий 2, 4, 5, 6 — помогать преодолевать барьеры и доводить их состояние до категории 8. Я. Дубов Газета «Прорывист» Из статьи: «Барьеры сознания. Об ускорении взращивания настоящих соратников».

О интернационализме #политика Что значит лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»? Если его расшифровать, то мы получим примерно следующее. Поскольку пролетарии всех стран живут принципиально одинаково убого и униженно, поскольку будущее у пролетарских детей всех стран одинаково неприглядно и позорно, постольку пролетариям всех стран надлежит объединиться в борьбе за приобщение к нормальным, человеческим формам существования. Если же пролетарии всех стран не объединятся в своей борьбе за лучшее будущее для себя и своих детей, то предприниматели будут успешно давить из них масло по одиночке, а в случае разрозненных выступлений будут давить, как блох, по очереди. Поэтому, пролетарии всех стран, чтобы гарантированно победить своих эксплуататоров, соединяйтесь! Классики марксизма в качестве оптимального варианта свершения коммунистической революции рассматривали вариант одновременной всемирной коммунистической революции. Как известно, с методологической точки зрения, диалектик-материалист рассматривает оптимальный, или, иначе говоря, максимально продуктивный теоретический вариант, прежде всего, для того, чтобы затем найти тот минимальный масштаб предпосылок, т.е. худшие условия, при которых революция всё еще может быть осуществлена. Как известно, пролетариат России проиграл свою первую русскую революцию, хотя Ленин сделал все от него зависящее, чтобы пролетариат выиграл. Тем не менее, русский пролетариат проиграл. «В награду» за эту нерешительность, несообразительность, победившая российская демократическая буржуазия устроила ему участие в первой мировой бойне, три миллиона убитых и более десяти миллионов искалеченных. Нерешительность мирового пролетариата в борьбе за всемирную коммунистическую революцию стоила ему второй мировой войны, а еврейскому народу — холокоста, который не компенсируешь никакими выплатами. Но и сегодня находятся люди, неспособные понять гуманистическую сущность лозунга о всемирной коммунистической революции. Ну что ж, может, третья мировая война, усиленно готовящаяся современной демократической буржуазией и патриотически настроенной интеллигенцией, прочистит мозги тем, кто останется в живых. Источник  Пролетарский интернационализм, объективно, является продуктом глобализации, концентрации и централизации капитала, разрушения им границ национальных рынков, а с субъективной точки зрения, предполагает такую реальную пропагандистскую и организаторскую работу коммунистов в трудовых коллективах (без чего пропаганда превращается в болтовню), когда пролетарии, независимо от национальности, практически готовятся вместе, по единому плану выступить против тирании буржуазии, прежде всего, «своей нации». Источник 

Российские старообрядцы и дух капитализма #история Не секрет, что старообрядчество, оформившееся в 17 веке как антифеодальный протест, в 18 было достаточно быстро подмято экономически старообрядческим купечеством, которое поднялось на колониальной экспансии на российских окраинах, обслуживании интересов старообрядческих общин и аккумулировании и монополизации капиталов через сектантские механизмы. Все абсолютно так же, как и в Западной Европе. Следовательно, если идти по Веберу, который достаточно метко заметил, что протестантизм стал идеологической оболочкой капитализма, перевернув вверх ногами причины и следствия, можно посмотреть и на то, как старообрядчество обслуживало свое купечество. Самое главное в формировании старообрядческой идеологии, которое взяло для себя купечество, это ПОЛНОЕ РАСЧЕЛОВЕЧЕНИЕ НЕ-СТАРООБРЯДЦЕВ. К 18 веку уже сложилась система обрядов, которая закрепляла это отделение "своих" и чужих. Отдельная посуда- хороший маркер. Ты можешь с человеком общаться, он может приходить к тебе в дом, что угодно, но попив из кружки, он ее "опоганит". Потому что не человек вовсе, а никонианин. Таким образом, с купечества снимались всякие религиозно-моральные ограничения, и без того не сильно сдерживавшие купчишек во все века. А расчеловечение - это важный идеологический фактор эксплуатации. Протестант считал бедных не людьми, потому что на них не упала благодать божья, старообрядцы считали таковыми 99,5% населения России, про остальных инородцев и говорить не приходится. Условия нелегальной секты очень быстро сформировали мораль мимикрии и двуличия для купцов, которые жили двойной религиозной жизнью или же постоянно коррумпировали госаппарат, откупаясь деньгами от преследований. Ну, а секта помогала старообрядческим купцам объединяться в протокартели через внутриобщинную дисциплину. К тому же больший процент грамотных среди старообрядцев помогал рекрутировать более качественный персонал, и обеспечивать его лояльность внутриобщинной дисциплиной. Это все важные конкурентные преимущества. Таким образом, к отмене крепостничества старообрядческое купечество накопило не только знатные капиталы, но и превратилось в безжалостных капиталистических хищников, не испытывавших никаких моральных обязательств перед никонианским государством (по крайней мере, более чем заставят), обществом, церковью, не связанную путами исторических социальных связей с основной массой тех, на ком наживались (кстати, еврейское купечество имело те же преимущества, и там, и там государство пыталось ограничивать эти группы). Купцы из старообрядцев вылезли к концу 19 века в крупнейшие промышленно-торговые дома- Бахрушины, Морозовы. После фактического окончания к середине 19 века первоначального накопления капитала для многих семей старообрядчество стало гирей на ноге, и от него тихой сапой многие отошли, чтобы лучше слиться с государством в госзаказах и льготах или же оставили чисто ритуальную часть. Но роль свою это тоже сыграло. Это к тому, что в "допетровской" Руси, осколком которой являлось старообрядчество, действовали все те же социальные законы, что и в Западной Европе, протестантская этика не является уникальным продуктом Западной Европы- этот конструкт появляется везде, где есть товарно-денежное обращение в относительно развитой форме. И нет и не может быть "другого капитализма", "истинно русского" капитализма с отличной от Европы этикой. Пресловутая "этика протестантизма", о которой завывают Дугины и Соловьевы, вполне себе присутствовала в посконно-кондовой допетровской Руси, просто немного другая вывеска. Иван Шевцов https://t.me/prorivists/6582

Эпоха Мао: часть I #история , #КНР В первые годы после образования Китайской Народной Республики руководство страны воспринимало СССР как свой ориентир и опору. Для китайских коммунистов сталинская модель коммунистического строительства выглядела не просто успешной и логически продолжавшей идеи Ленина, но и единственно правильной. Революция в Китае была частью более широкого исторического процесса — мировой коммунистической революции, центром которой выступал сталинский Советский Союз. Таким образом, перипетии китайской революции тесно связаны с процессами в международном коммунистическом движении. Переломным моментом стал кризис, возникший после победы ревизиониста Хрущёва и в связи с пересмотром сталинского наследия в коммунизме. Вождь КПК и китайского народа Мао Цзэдун как ученик и последователь Сталина определял курс китайской революции не только сообразно пониманию, но и под давлением классовой борьбы внутри Китая и даже КПК, и вовне на два фронта: с империализмом и ревизионизмом. Сложность ситуации была чрезвычайной, не уступала сложности 1917-1941 годов в СССР. По логике марксизма революционные государства неизбежно объединятся в Союз ССР. Страны ОВД с системой народных демократий находились на промежуточном этапе к интеграции в СССР. КНР также рассматривалась только на пути присоединения. Однако эта логика была разрушена в связи с курсом КПСС на пересмотр роли Сталина, его заслуг, наследия, планов и указаний. Критика сталинского периода стала не просто внутренним делом — она поставила под вопрос всю практическую и теоретическую основу коммунизма, на которую ориентировались все коммунисты мира. Для Китая, поскольку КПК во главе с Мао была самостоятельной партией, этот поворот оказался и болезненным, и ключевым. Те же, компартии, которые молча приняли хрущёвину, коммунистическими по сути не являлись. Что в дальнейшем и показала история, как в связи с перерождением их руководства, включая руководство КПСС, так и с крахом их власти и коммунистических государств. Причём, чем ближе к Москве были страны, тем скоротечнее там произошла реставрация капитализма вслед за СССР. Хрущёвская линия ревизионизма не сопровождалась какой-то продуманной теорией, стратегией, тактикой. Она состояла в сущности из двух составляющих. 1. Экономизма, который выражался прежде всего в децентрализации, популистском приоритете потребления через ставку на лёгкую промышленность и сельское хозяйство и, конечно же, хозрасчёте. 2. Антикоммунизма, который выражался прежде всего в так называемом культе личности и том, что буржуазные писаки назвали оттепелью. Сталин был не только политическим лидером СССР, но и архитектором системы плановой индустриализации. Его экономическая стратегия позволила Советскому Союзу в короткий срок превратиться в мощную индустриальную сверхдержаву. В 1950-х годах доля СССР в мировом промышленном производстве была выше, чем сегодня у «фабрики мира» Китая. Когда сталинская политика была подвергнута деструкции, возник естественный вопрос: если прежняя модель ошибочна, то какая модель должна её заменить? Ответа на этот вопрос фактически не прозвучало. Сталин на протяжении десятилетий занимал ключевую позицию в партийной и государственной системе, и отделить его роль от роли самой партии было невозможно. Сталин был вождём, теоретиком, практиком и зодчим коммунизма. И важно не скатываться в обывательские и буржуазные трактовки, видя в строительстве коммунизма только сталь, бетон, строения, сооружения, агрегаты, машины, то есть результаты производства. Сталин не просто определял куда и как расходовать ресурсы общественного труда, он был конструктором производственных отношений: индустриализация промышленности, урбанизация, коллективизация в деревне, ликвидация буржуазии как класса, рост образованности и культурности, стахановское движение, подвижничество, рационализаторство, повышение роли женщин, начало формирования коммунистического по содержанию искусства — это первичное в коммунистическом строительстве СССР. А электростанции, заводы, сталь, бетон, нефть — вся эта мощь — производные. Хрущёвцы вместо стратегических задач индустриального развития выдвигали лозунги, рассчитанные на впечатлительных обывателей. Подобный поворот даже для буржуазного интеллигента выглядел не как развитие марксистской теории, а как её ревизия. В разных странах появились политики, которые считали себя продолжателями сталинской линии. Среди них были руководитель Албании Энвер Ходжа, лидер Северной Кореи Ким Ир Сен и глава китайского государства Мао Цзэдун. Их объединяло убеждение, что разрыв с сталинской стратегией, теорией и практикой не только неверен, но и разрушает основы международного коммунистического движения, заложенных Лениным. Ходжа первым открыто выступил с обвинениями в адрес Хрущёва. Мао Цзэдун поначалу пытался поддерживать диалог и переубедить руководство КПСС. Несколько лет продолжалась великая полемика, которая не принесла никаких результатов. Эта громкая полемика между двумя крупнейшими коммунистическими партиями мира довела противоречия до разрыва отношений между СССР и КНР. Этот конфликт имел не только идеологическое, но и политическое, экономическое значение. Советский Союз был главным источником технологической, кадровой и экономической помощи китайской индустриализации. Когда сотрудничество по инициативе Хрущёва прекратилось, Китай оказался зажатым меж двух огней. Международное положение страны фактически носило все черты изоляции. Западные государства, прежде всего Соединённые Штаты, проводили жёсткую политику санкций в отношении Китая. США были введены ограничения на экспорт широкого круга товаров и технологий, более суровые, чем для СССР и стран ОВД. Таким образом, Китай оказался отрезанным как от западной экономики, так и от советского социалистического блока. Поэтому когда говорят о том, что пойдя в начале 1980-х годов на сближение с США, Китай как будто бы предал коммунизм и вступил в союз с империализмом против СССР, нужно помнить, что два десятилетия до этого СССР душил Китай… вместе с США с двух сторон и вполне согласовано. В конце 1950-х гг. перед китайским руководством возникла сложная задача: необходимо было продолжать экономическое и социальное развитие страны, продолжить модернизацию, не рассчитывая на внешнюю поддержку и не имея возможности ввоза товаров и технологий. В этих условиях была сформулирована стратегия опоры на собственные силы. Её смысл заключался в том, что страна должна использовать прежде всего внутренние ресурсы и мобилизационные возможности общества. А за счёт чего? За счёт прежде всего политической организации масс, компетентности руководства КПК и грамотного распоряжения ресурсами. Нужно отметить, что к концу 1950-х годов у китайского руководства были все основания считать такой подход успешным. Ведь за сравнительно короткое время после окончания гражданской войны Китай сумел добиться заметного экономического подъёма и укрепления диктатуры рабочего класса. Особенно впечатляющими были изменения в сельском хозяйстве. В конце 1940-х годов страна находилась в крайне тяжёлом положении. Сельское хозяйство страдало от низкой производительности и постоянных неурожаев. Однако уже через несколько лет ситуация заметно изменилась. Производство зерна выросло за семь лет почти в два раза, что означало увеличение продовольственной базы страны. В результате удалось покончить с хроническим голодом, который на протяжении столетий был спутником трудящихся. Не менее впечатляющими были успехи в промышленности. В течение первой пятилетки темпы роста промышленного производства достигали примерно двадцати процентов в год. Для экономики, которая только начинала индустриализацию без капиталовложений со стороны, это были чрезвычайно высокие показатели. Более того, первая пятилетка была завершена раньше намеченного срока. Ключевым достижением стало и развитие системы образования. Китайские университеты начали активно готовить специалистов для промышленности и науки. За относительно короткий период было подготовлено более ста тридцати тысяч инженеров и техников, что уже к началу 1960-х гг. было больше, чем в США. Политика Мао сформировала новую техническую интеллигенцию, способной управлять современным производством и вести разработки. Совокупность успехов первой пятилетки создала ощущение пафоса и победы. Страна находилась на подъёме и была способна двигаться вперёд ускоренными темпами. Именно в такой атмосфере родилась идея революционного прорыва, который получил название «Большой скачок». Большой скачок был не просто экономической программой, как это представляется в буржуазной литературе. Он отражал стремление китайского руководства создать новую модель общественной организации, которая позволила бы объединить производственные, социальные и административные функции так, чтобы это максимально приблизило коммунизм. Большой скачок родился в том числе как продукт великой полемики. https://ru.prorivists-paper.org/china-revolution-stages/

Марксизм в борьбе с оппортунизмом #оппортунизм , #история С каждой новой исторической эпохой коммунизм должен одновременно прирастать научно-теоретической базой и выбрасывать за борт коммунистического движения неверные идеи и оппортунистические воззрения. Чтобы подтвердить данную гипотезу, стоит обратиться к истории коммунистического движения в России. В частности, показательным примером может послужить противостояние Ленина и Каутского в вопросе об ультраимпериализме, где Троцкий, являясь сторонником ультраимпериализма, пребывал на позициях каутскианцев. До обозначенного периода сокровищница марксизма не обладала трудом или работой, освещавшей данный теоретический аспект. Следовательно, на тот момент коммунистическое движение стояло на перепутье: встать на сторону Ленина или согласиться с Каутским и его последователями в этом вопросе, в т.ч. Троцким. К слову, коммунистическое движение оказывается на перепутье всякий раз, когда есть важный неразрешенный теоретический вопрос, который вскрылся в ходе осуществления практики. И только марксистская грамотность того или иного автора, его научная состоятельность и компетентность в данном вопросе вкупе с общественной практикой могут убедить коммунистическое движение, упрочить в умах коммунистов ту или иную истину. И в нашем случае с ультраимпериализмом вышло так же. Владимир Ильич, вооружившись своим знанием диаматики, произвел на свет один из важнейших трудов в марксизме под названием «Империализм как высшая стадия развития капитализма», в котором среди прочего рассмотрел и вопрос ультраимпериализма, раз и навсегда разрешив его в сторону отрицания возможности ультраимпериализма. Ну, а сама Первая Мировая (она же Первая Империалистическая) война стала фактологическим основанием данной работы. Написав и издав этот труд, Ленин продвинул марксизм вперед, актуализировал его и росчерком пера разделил всех тех, кто именует себя коммунистами, на собственно коммунистов и оппортунистов. Приведенный случай суть лишь единичный пример того, что происходит с каждым последующим изданием марксистской работы. Если углубиться в каждую работу классиков, то в результате разрешения ими тех или иных вопросов, все мировое коммунистическое движение, имевшее доступ к печати, рассекалось на два лагеря, и неважно, касается ли это экономики, как в случае с ультраимпериализмом, политики, философии или любой другой сферы знания. У Ленина в работе «Что делать?» было замечательное выражение, вполне применимое к данной закономерности: «Мы идем тесной кучкой по обрывистому и тесному пути, крепко взявшись за руки. Мы окружены со всех сторон врагами, и нам приходится почти всегда идти под их огнем. Мы соединились по свободно принятому решению, именно для того, чтобы бороться с врагами и не оступаться в соседнее болото…» Если же рассмотреть происходящее исторически, то можно сказать, что с каждым новым классиком марксизма этот обрывистый путь становится все теснее и теснее, а идеологический спектр врагов вместе с акваторией болота всё увеличиваются. И каждый марксист, привнося в сокровищницу марксизма что-то новое, подобен законодателю, который, опубликовывая закон, одни действия легализует, а другие криминализирует. Г. Бзыков «Отрицание отрицания в учении марксизма»

О счастье научного мировоззрения #философия В буржуазной психологической и экономической теории содержание и особенности потребностей объясняются ПЕРСОНАЛЬНЫМИ факторами личности, дескать, потребление в капиталистическом обществе рождается оригинальными, неповторимыми, персональными потребностями. На этом ставится точка. Но последствия, почему-то, чаще всего, МАССОВАЯ гастро-, алко-, нарко- зависимость, шопоголия, игромания, безграничная меркантильность, половые психопатии, мизантропия. Буржуазные теоретики в упор не видят противоречий в своей «логике». Они стараются убедить, что преимущество рыночной экономики, якобы, в том, что она построена на удовлетворении самого тонкого персонализма в потреблении и, одновременно делают вид, что не знают о производстве средств удовлетворения этих потребностей, давно уже поставленных на конвейерный поток, а некорректируемые «оригиналы» обнаруживают страшную зависимость от моды. Попробуйте проявить гастрооригинальность в Макдоналдсе. Если бы физиология людей, их психика, носили бы остро персональный характер, то такой же характер должны были бы носить и их заболевания. Могла бы, в таком случае, процветать индустрия производства лекарственных средств, или современные масштабы трансплантации органов? Расширяющийся перечень пересаживания органов, замена естественных органов искусственными, всё это доказывает, что особенное в человеке носит локальный характер, а типичное - господствует. Если же взять законы математики, физики и химии, то, при всём своём персонализме, неповторимости и оригинальности, миллионы, знающих эти законы, проявляют полное однообразие на ЕГЭ. Разнообразие ответов демонстрируют только двоечники. Над их «оригинальными», неповторимыми ответами «ухохатывается» весь интернет. Марксизм исходит из того, что во всём обществе, как и во всем мироздании, ОБЩЕЕ ДОВЛЕЕТ НАД ЧАСТНЫМ, что существует гармоничный комплекс потребностей, максимально соответствующий биосоциальной природе человека-разумного, обеспечивающий предельно благоприятные условия для максимально продолжительной и счастливой, и плодотворной жизни каждого оригинального индивида. Однако, до марксизма никто не пытался описать и вычислить «орбиты счастья», хотя, орбиты планет, находящихся на удалении миллионов километров от Земли, астрономы рассчитывать уже давно умеют. Набор потребностей, научно обоснованных и подтвержденных практикой успешной и продолжительной жизни человека, и есть теоретическое выражение познанного набора НЕОБХОДИМЫХ условий успешной жизнедеятельности индивидов и их сообществ. Более того, практика доказала, что отдельные люди настолько верно, хотя и интуитивно, подчинялись объективным законам бытия, что прожили, как, например, Дарвин, Пирогов, Толстой очень долгую, плодотворную жизнь, более того, обеспечили себе бессмертие в памяти людей, чего не скажешь об армии жрецов, латифундистов, римских папах, князьях, королях, миллионерах, президентах и многих лауреатах нобелевских премий. Таким образом, противоположности индивидуальных потребностей, порождающие существенные расхождения в судьбах людей, разводящие людей по трагическим и оптимистическим путям, есть ни что иное, как отношение людей к объективно существующей НЕОБХОДИМОСТИ, отраженной и преобразованной сознанием людей различных классов докоммунистических эпох. Обыденное сознание из набора объективных условий общественного бытия выбирает, как правило, пагубные варианты. Обыватель не замечает, что очень часто реклама, религия, националистические концепции, буржуазные обществоведческие учения предлагают индивиду выбор из двух… ЗОЛ, ОДНО ИЗ КОТОРЫХ, все равно ЗЛО, но, якобы, меньшее. Научное мировоззрение гарантирует человеку безошибочный набор предметов и отношений, обеспечивающих ему жизненный оптимум, т.е. счастье. Необходимость, изуродованная сознанием современных членов капиталистического общества, привела к тому, например, что весь период «холодной войны» мировой океан бороздили армады американских авианосцев, а изучением свойств мирового океана ради удовлетворения здоровых потребностей населения планеты занимались Жак-Ив Кусто на крохотном кораблике «Калипсо» и Тур Хейердал на плоту «Кон-Тики». До тех пор, пока человечество будет довольствоваться мотивами, содержание которых не имеет связи с научным мировоззрением, человечество будет обречено и впредь топтаться в «предбаннике» истории человечества, уподобляясь стаду, пастве, вечно обманутым дольщикам и пайщикам. Как только потребности людей перестанут отличаться по своему содержанию от научно обоснованной необходимости, которая превратится в основной руководящий мотив, начнется собственно История Человечества, за которую не придётся краснеть никогда. В. Подгузов Журнал «Прорыв» Из статьи: «О мотивах человеческой деятельности»

О научно-революционной меткости марксизма #оппортунизм , #философия Полагаю, многие начинающие марксисты, изучая историю учения коммунизма, наблюдали одну очень любопытную закономерность. С каждым новым классиком марксизма спектр идей и воззрений, которые можно было бы отнести к коммунистическим, сужался. А если чуть более укрупнить масштаб, то это происходит с каждым новым трудом классиков марксизма. Стало быть, каждое научно-обоснованное решение классиков как бы отсекало от «магистральной линии» учения коммунизма ложные и тупиковые тропинки и пути. Таким образом, Маркс с Энгельсом «очистили» коммунистическое движение от старых социалистов, вскрыв утопичность их идей; бланкистов и выявив ошибочность их взглядов на революцию; анархистов, доказав, что их представление о государстве ложно, а также указав на метафизичность их мышления. Ленин, в свою очередь, отрезал меньшевиков от коммунистического движения, везде и всюду проводивших политику полумер и неспособных на действительно революционную практику; эсеров, наголову разбив их понимание аграрного вопроса и отвергнув их террористические способы борьбы. Во времена Сталина от коммунистического движения откололись троцкисты, бухаринцы и иже с ними, будучи точно так же наголову разбитые сначала теоретически, а потом и организационно. Весь этот процесс напоминает стрельбу в тире или игру в дартс, в которой «десятка» - это всесильное и верное учение марксизма, руководствуясь которым только и возможно построение коммунизма, а «девятка», «восьмерка» и т.д. представляют собой градацию всех прочих левых идей и взглядов, как то: утопический социализм, революционный демократизм, анархизм, социал-демократия, меньшевизм, троцкизм. Классики же, выпуская статьи и брошюры, доказывали всем, что то или иное течение или направление левой мысли - ложно, а значит, часть левого движения, исповедующая это течение или направление - оппортунисты. И с каждой новой вехой в развитии коммунизма, как учения, оппортунисты были вынуждены избирать все более изощрённые методы мимикрии, были вынуждены использовать более тонкие и неочевидные ходы и действия. В подтверждение этой гипотезы можно привести один мысленный эксперимент. Представьте, что какой-нибудь отъявленный троцкист из 30-х годов перенесётся во времени в Первый Интернационал. В этом пёстром винегрете из французских прудонистов и русских бакунистов, т.е. несоизмеримо более «топорных» и примитивных оппортунистов, наш троцкист не будет выделяться. А все потому, что ко времени создания Первого Интернационала вышеперечисленные оппортунисты не были теоретически разбиты и политически изолированы коммунистами, что уж тут говорить о троцкизме, который еще не проявился, и троцкистах, которые еще не организовались в самостоятельную группу. Сам же троцкизм расходится, главным образом, с ленинизмом и сталинизмом, более поздними ступенями развития коммунизма, оставаясь при том в рамках марксизма XIX века. Ну, а теперь попробуйте мысленно перенести Бакунина с его взглядами в ВКП(б) времен Сталина. Дураку ясно, что он не продержится в партии и дня, постольку поскольку его идеи были разбиты более полувека тому назад и не разделялись даже самыми махровыми оппортунистами в ВКП(б). Иначе говоря, Бакунин и бакунизм находятся далеко за пределами теоретического спектра ВКП(б) при Сталине. Г. Бзыков «Отрицание отрицания в учении марксизма»