ВОСКРЕСНЫЙ ОБЕД И КИНО. ЛОДКА (1921). ШАРОНАВТ (1922)

И так бывает – собираешься смотреть весёлую эксцентрическую комедию, а видишь авангардный фильм–катастрофу.

Нет, тут всё, как всегда у Бастера Китона, на месте. 
То есть уморительные ситуации, головокружительные трюки и крышесносные гэги на каждом шагу.

Зрители на премьере очень смеялись:




С тех пор так и смеются.
Уже больше 100 лет:




Оба фильма входят в обойму хитовых короткометражек Китона самого начала 1920-х, которые сделали ему имя и дали возможность снимать  и большое кино.

Именно с такими короткометражками Бастер Китон по прозвищу "великое каменное лицо" заполучил свою мировую славу:




Бастер Китон (Джозеф Фрэнк Китон; 1895 – 1966) всего-то на три месяца старше самого кинематографа.

Когда он начал делать своё кино, "великий немой" уже кое-что умел, но слишком многое только предстояло изобрести.
Потому требовались гении, открывающие неведомое.
И они явились.
Китон из них.

В кино Китон пришёл прямо из дому, то есть со сцены, больше никуда даже не заглядывая.
Он с самого раннего детства выступал с родителями в водевилях с акробатикой:




В школу – хотя, возможно, это лишь сочинённая им легенда – он ходил (и не получил никакого удовольствия) только один день, когда закон запретил детский труд в водевилях:




Потом всё равно семья как-то выкручивалась и свои водевили играла.

Так что в кино Китон появился, будучи в блестящей физической форме, с огромным арсеналом виртуозных трюков и с неисчерпаемой фантазией по части их изобретения:




При этом будучи молодым человеком самой романтической наружности:




Никакого амплуа, кроме комедийного, Бастер для себя не мыслил.
Потому он извлёк максимум комического эффекта из своего, казалось бы, совершенно несмешного облика:




При этом он не злоупотреблял, как многие тогда, гримом и использовал лишь минорный тон мимики.
Все в те времена носили котелки, но Китон выбрал видавшую виды шляпу-канотье:




Китон стал тем невозмутимым и несгибаемым героем, на которого сыплются всевозможные напасти, но он встречает их с печальным хладнокровием стоика:




Против героя Бастера играют все и всё - несовершенства и пороки человеческого общества, силы природы, законы физики, достижения техники:




Любой самый обиходный предмет сулит ему какую-нибудь беду:




Человек начала ХХ века в самом деле явственно ощущал эту неотвратимую силу вещей и враждебность равнодушного мира.
Всё это глядело из всякого угла, из всякого чайника и с любой тарелки.
Угрожало.
Не говоря уж о набравшем невиданные скорости и возможности транспорте.

Полетим на аэроплане Натальи Гончаровой и поедем на её поезде?




А вот и завтрак от Пабло Пикассо:




Нет, это слишком уж мрачно.
Лучше вот так, если речь о комедии:




В самом натуралистичном из искусств – кино – Бастер Китон гений авангарда.
В его кино ненадёжный материальный мир каждую минуту грозит покоситься, разрушиться, сгинуть:




Только воля и вера в то, что кривая всё равно вывезет, спасает человека:




В "Лодке" (1921) симпатичное молодое семейство (в роли жены Сибилла Сили) полно энтузиазма покорить Тихий океан на собственноручно изготовленном судне:




Спуск на воду, правда, рушит дом – но это пустяки в сравнении с романтикой дальних странствий:




А приключения только начинаются:




Вызовы судьбы становятся всё круче, но Бастер всякий раз находит выход из положения:




Человек и океан: кто кого переупрямит:




Пусть шторм, пусть бешеная качка:




Даже если гибель рядом, а вы плывёте по океану в ванне, не стоит отчаиваться:




На этот абсурдистский фильм-катастрофу – историю возможного выхода из невозможных положений - публика ответила заливистым смехом.
Был большой успех.

Этот фильм сам Китон числил среди самых своих любимых.
А по имени лодки из этого кино - Damfino (т.е. "чёрт его знает") – названо Международное общество Бастера Китона (Damfinos):




Это общество популяризирует творчество Китона и немую комическую, стараясь приобщить наших современников к "постоянному осознанию сюрреалистичной и абсурдной радости, с которой Китон создавал свои фильмы".

Впрочем, зрителям совершенно не обязательно иметь склонность к сюрреализму и абсурду, чтобы этим фильмам радоваться.

Например, сюжет "Шаронавта"(1922) вроде бы вполне бытовой:




Некий молодой человек фланирует по городу, заглядываясь на хорошеньких девушек:




Он забредает в балаганный "павильон ужасов".
Прелестная барышня (Филлис Хейвер) устремляется туда же.
Быть может, в пугающих потёмках удастся познакомиться с ней поближе?




Результат плачевный – девушка вполне способна за себя постоять:




Но в городе и без того много занимательного.
Здесь, кажется, состоится запуск воздушного шара важными господами в цилиндрах:




Любопытный Бастер вызывается прикрепить флажок к шару:




Но всё пошло не по плану.
Воздухоплаватель покрывает себя позором и остаётся на земле:




А Бастер взмывает к облакам:




Крушение шара неизбежно:




Так скучающий горожанин оказывается на лоне совершенно дикой природы без всякого понятия о правилах выживания в ней.
Он одинок, как Робинзон:




Но что это?
На полянке разбила палатку и уютно устроилась умелая туристка – та самая неприступная девушка из "павильона ужасов":




Понятно, что встреча этих двоих поначалу не сулит идиллии:




Однако вызовы судьбы невольно сближают и способствуют взаимопониманию:




Да это же она, железная и беспроигрышная сюжетная схема ромкома!

Тут восхитительны не только выходки неугомонного Бастера на грани человеческих возможностей:




Девушка тоже не промах: отважная феминистка среди нетронутой природы чувствует себя, как рыба в воде. Она успешно рыбачит в бурных ручьях и жарит форель на гриле:




Она не только коня, но и злобного быка на ходу остановит:




А за медведей отвечает уже Бастер:




Лед между молодыми людьми неизбежно тает:




Понятно, что финал будет happy, но happy во вкусе Бастера – в виде очередной катастрофы в воздухе:




Это последняя короткометражка Китона.
Он доказал право снимать большое кино.

Впереди его ждали новые триумфы.
Хотя конкуренция была нешуточная.
Среди гениев "великого немого" он конкурировал и приятельствовал с Чарли Чаплином:




Они были слишком разными, чтобы состязаться болезненно.

Правда, между ними было негласное соревнование, у кого в картине будет меньше титров.
Их кино должно было обходиться без словесных подпорок:




Но слова таки нагрянули.
Пришёл звук.

Чаплин этому долго сопротивлялся.
Китон же звука не боялся, вдобавок с детства умел отлично петь.
И танцевать, даже вприсядку:




Он был в прекрасной форме:




Мастерство его было таким отточенным, что лишь однажды во время исполнения сложнейшего трюка он сломал ногу ("я бы давно погиб, если бы не умел приземляться, как кошка"):




Казалось бы, всё у него должно сложиться хорошо.
Но в Голливуд пришла пора гигантских студий-тиранозавров, и Китон подписал контракт с MGM ("это было худшее решение в моей жизни").

Да, работа была, но Китон перестал быть автором и режиссёром своих фильмов.
Его использовали лишь как актёра:




Иногда получалось поработать и в хитах.
Но любимое дело становилось ремеслом.

И вот депрессия, алкоголизм, тяжёлый развод, вечные стычки с Майером и увольнение, потеря огромного состояния:




Дошло до роли составителя шуток и сочинителя гэгов для MGM и до участия в фильмах категории В.
Нет, он не сдавался, но его время уходило:




Однако история движется по спирали.

В начале 1960-х кино впервые вспомнило собственное прошлое – и изумилось, до чего блистательные страницы в этом прошлом были.

Немая комическая снова всех пленила, на ней учились, ей подражали.
Бастер Китон это всё застал:




Впрочем, среди киношников он кумиром был всегда - и у самых непохожих творцов.
От Ивана Мозжухина и Орсона Уэллса до Питера Джексона, от Луиса Бунюэля до Джима Джармуша, от Федерико Феллини до Квентина Тарантино.

Но именно ретроспектива Бастера Китона на Венецианском фестивале 1962 произвела настоящий фурор.
Он стал идолом уже навсегда.

Бастер Китон в эпизоде фильма, инспирированного немой комической.
Режиссёр Стенли Крамер, "Этот безумный, безумный, безумный мир" (1963):




А кто в СССР был поклонником Китона, понятно – это скелетик из "Шаронавта" стал излюбленным участником гэгов Леонида Гайдая:




И эта плоская шляпа всем у нас знакома:




Хорошо вот так – со всем знакомым стоическим выражением лица - дождаться своего часа после долгих лет полузабвения:




В своём кино и в своей жизни Бастер Китон, как никто, умел падать, но не разбиваться:
"Если оставаться на этой карусели достаточно долго, то получишь ещё один шанс.
Я остался".